Интервенты на службе у большевиков

Опубликовано: 06.09.2017 Печать E-mail

Советские историки, которых по справедливсти следовало бы называть "историками", в кавычках, очень любили описывать, как интервенты из капиталистических стран помогали белым и пытались "задушить молодую советскую республику рабчих и крестьян".

Как и водится у "историков", в настоящей истории все было ровно наоборот.

--------------

НЕ БЫЛО никаких "красных русских". Были нерусские международные террористы, иностранные шпионы и туземные бандиты с окраин страны, опиравшиеся на "интернационалистов" вроде Ф.Дзержинского и Б.Куна; были нанятые за награбленное царское и церковное золото иностранные наёмники-каратели - мадьяры, латыши, китайцы. И были беспринципные холуи, продавшиеся большевикам буквально за пайку - тот же Власов, в 1942 году перебежавший к немцам, тот же Жуков, вместе с Тухачевским травивший русских крестьян ядовитыми газами.

Большевицкой "идее" удалось "овладеть массами" только после массового террора и геноцида русских, когда целые губернии вымирали от голода и тифа, после военной победы, одержанной большевицкими бандитами над Россией и ликвидации самой России как государства. После жесточайшего подавления и унижения "рабоче-крестьянской властью" русского населения - начиная как раз с русских рабочих (например Ижевское рабочее восстание против красных - прим.ред.) и особенно крестьян (Тамбовске восстание-прим.ред.).

Сумели ли большевики заставить себя полюбить? Нет. Зато заставили выживших русских поверить, что красные - надолго, а любое сопротивление им - самоубийство. Так что если "ленин" - "русский революционер", то хан Батый тоже русский революционер. Хотя, конечно, и не настолько "пламенный".

 

А вот и оценка профессионального историка Дмитрия Суворова, данная в книге "Все против всех. Неизвестная Гражданская война":

"Начать можно с создателя Красной Армии гражданина США Льва Бронтшейна (Троцкого).

Количество антантовцев и чехословаков вряд ли превышает восемьдесят тысяч человек. При этом, напомню, почти все они — на окраинах, вдали от эпицентра борьбы. А как обстоят дела с так называемыми интернационалистами — иностранцами в рядах красных? Мы ведь сейчас отлично знаем, какую роль они сыграли в Красной Армии, в укреплении режима, в становлении ЧК. Итак — сколько их было?

Сейчас часто мелькает цифра — сто пятьдесят тысяч человек. Это прилично. Но... В свое время мне на страницах “Краткого курса истории ВКП(б)”, а затем в коммунистической печати Болгарии попались следующие цифры: венгров — 150000, поляков — от 60 до 80 тысяч, китайцев — 40000, болгар — 25000, чехов — 6000. То есть уже набирается порядка 300000 человек. Но здесь не подсчитаны следующие составные части.

Первое. Не учтены наиболее известные интернационалисты — прибалты, “янычары Ленина”, по определению М.Спиридоновой. Одних только латышей было как минимум восемь-десять дивизий (то есть примерно пятьдесят—шестьдесят тысяч бойцов). А кроме них эстонцы (как минимум одна дивизия) и литовцы. Да и среди командного состава красных мы встречаем эстонцев А.Корка и Я.Пальвадрэ, литовцев комиссара Ю.Варейкиса и командарама В.Путну.

Второе. Явно занижена численность китайцев (что понятно — данные-то времен борьбы с маоизмом!). Судя по всему, их было на порядок больше, если учесть следующее. Китайцы участвуют в русских событиях буквально с первых дней (в Москве в октябрьско-ноябрьские дни 1917 года они штурмовали Кремль!), на протяжении всей гражданской войны одновременно на всех фронтах (на Урале китайский “краснорубашечный” полк с отчаянной храбростью дрался с ижевскими народоармейцами в 1918 году; в это же время отряд Жэнь Фучена воевал между Нижним Тагилом и Верхотурьем), а также в качестве карателей (белая наглядная агитация всегда изображала красного подавителя восстаний китайцем!) и в ЧК — одна из киевских чрезвычаек так и называлась — китайская. Кроме того, множество китайских бойцов были по одиночке вкраплены в русские отряды — как Син-Би-У из “Бронепоезда № 14-60” В.Иванова или безымянный гранатометчик из “Как закалялась сталь” Н.Островского.

Третье. Не включены в список башкирские и среднеазиатские формирования, которые красные использовали только в Центральной России — как иностранцев. О киргизах на Смоленщине упоминает Б.Савинков в романе “Конь вороной”, о “красных башкирах” в столичной ЧК — А.Аверченко в “12 ножах в спину революции”; по данным Авенира Ефимова, так называемый 2-й Мусульманский полк штурмовал восставший Ижевск (был разбит, бежал и впоследствии расформирован). А Мусульманский (Киргизский) полк у Чапаева участвовал в расказачивании на Урале.

Четвертое. Нет нигде ни слова о немцах и австрийцах. А ведь они находились в русском плену чуть ли не целыми дивизиями (два полка гвардии кайзера — в лагере под Питером). Участие их в октябрьском перевороте (в частности, в расстреле Кремля и отражении удара казаков Краснова на Петроград) неоднократно зафиксировано многими источниками. О “красных немцах” в Сибири пишет К.Федин в романе “Города и годы”. Кроме того, с 1918 года в Москве официально действовала Школа германских красных командиров (под командованием Оскара Оберта). А С. Мельгунов на страницах своей книги “Красный террор в России” приводит такие факты: германские и австрийские военные, побывав в России и на Украине как оккупанты по праву Брестского мира, после его расторжения остались там в качестве красных (так было, например, в Крыму).

Пятое. Наконец, в рядах интернационалистов были представители еще целого ряда народов: американцы (типа журналистов Джона Рида и Луизы Брайант, а также одесского палача-чекиста, негра Джонстона); французы (наиболее известные — одесская подпольщица Жанна Лябурб и социалист капитан Жорж Садуль); швейцарцы (закрывший собой Ленина от пули Фриц Платтен, а также известный чекист А.Артузов: его настоящая фамилия — Фраучи); югославы (вспомните “серба” Олеко Дундича, который в действительности был хорватом: впрочем, в Красной Армии хватало и тех, и других); греки (греческие интернационалисты упомянуты М.Шолоховым в “Тихом Доне”); корейцы (о них — в воспоминаниях А.Фадеева); индусы (участие их в войне в Средней Азии — одна из тем “Индийской баллады” Мирзо Турсун-заде); персы (лидер компартии Ирана Гайдир-хан Таривердиев побывал в Красной Армии).

Наконец, турки. С ними связан немалый курьез, описанный писателем-белогвардейцем Б.Ширяевым в книге “Неугасимая лампада”. В 1921 году первым наркомом просвещения только что советизированной Аджарии стал турецкий контрабандист Решад Седад. Контрабандист в роли наркома просвещения (да еще почти не говорящий ни по-русски, ни по-грузински) — где еще такое встретишь? Вскоре он, однако, проворовался и сел на Соловки... А если кроме шуток, то турецкие коммунисты — в том числе их лидер Мустафа Субки, а также прославленный поэт Назым Хикмет — частые гости в Красной Армии тех лет.

Думаю, нет смысла продолжать. С учетом всего сказанного вовсе не фантастичен подсчет интернационалистов числом от шестисот тысяч до миллиона. А если учесть, что в 1919 году Ленин заявил, будто имеет трехмиллионную Красную Армию, получается, что каждый третий (если брать от миллиона) или — на худой конец — каждый пятый (если брать шестисот тысяч) красноармеец был интернационалистом. Есть о чем задуматься: выходит, не менее двадцати — тридцати процентов личного состава Красной Армии — иностранцы...

И это подтверждается бесчисленными свидетельствами. Вот несколько, взятых наугад, из уральских сводок 1918 года: “В Тургояк прибыл эстонский полк с хорошим комсоставом; в Кинели рота латышей делает чудеса” (Н.Подвойский, 18 июня 1918 года, Уфа); “13 июня отправлено в Екатеринбург 4 отряда: первые 3 местные, 212 человек, 4-й, интернациональный, 200 человек” (сводка Информотдела Уралчека, 13 июля 1918 года); “Сводным отрядом Эстонского батальона... заняты деревни: Селянкина, Новотагильская, Новоандреевская, Карабаш... комиссар Златоуст-Челябинского фронта Поль Вадрэ” (Оперативная сводка военкома направления Златоуст — Челябинск, 24 июня 1918 года). Таким документам нет числа... Причем это только по Уралу. А по всей России?

И кроме того, интернационалисты — всегда в эпицентре, будь то бои на фронте (именно они переломили в 1919 году ход военных действий и на Урале, и под Орлом и Кромами против Деникина, и на подступах к Питеру), подавление восстаний (вспомните снова Прикамье!), внутрипартийные разборки (как, например, 6 июля 1918 года, когда латыши спасли власть Ленина) или же карательная машина — в ЧК они все время на виду.

А теперь сравните все это с тем, что я выше писал об интервентах, и задумайтесь, какова конкретная роль тех и других в российской трагедии. Уж слишком несопоставимыми получаются картины. И задайте — хотя бы самим себе — вопрос: не для затушевывания ли зловещей роли интернационалистов была сфабрикована легенда об “интервенции” и “походе 14 держав”? Образно говоря, кто тогда реально был в России интервентом — не интернационалисты ли?" (с)

цит. по -http://arctus.livejournal.com/72072.html

К теме: http://schutz-brett.org/3x/ru/nctopnr/29-russische-beitraege/nctopnr/2369-zhertvy-bagreevki.html

http://schutz-brett.org/3x/ru/nctopnr/29-russische-beitraege/nctopnr/2351-kronshtadtskoe-vosstanie.html