Франко-прусская война 1870–1871

Опубликовано: 06.09.2017 Печать E-mail

Рольф Косик

Довольно часто немцам приписывают вину не только за обе войны 20-го века, но также за франко-прусскую войну 1870-71 гг. (или , как минимум, уверяют, что обе стороны к ней стремились). Так, одна американка в 1950 году установила, что ее соотечественникам «долгие годы вдалбливают в голову, что на протяжении жизни одного поколения французов Германия трижды напала на Францию». (1) И это при том, что в 1939 году Франция первая объявила войну Германии, а в 1914 году еще задолго до того, как немцы объявили войну, мобилизовала свои войска, что было равносильно объявлению войны.

Также за франко-прусскую войну вину несет Париж. Это однозначно показывают исторические факты.19 июля 1870 года правительство Франции, которое стремилось сохранить свою гегемонию в Европе и потому всячески препятствовало объединению Германии, объявило войну Пруссии, связаной оборонительными договорами с северными и южными немецкими государствами.

Поводом к войне послужил конфликт между Пруссией и Францией из-за кандидатуры на испанский престол. После испанской революции в сентябре 1868 года и низвержения королевы Изабеллы II новое правительство в Мадриде искало другого монарха и остановила свой выбор на наследном принце Леопольде фон Гогенцоллер-Зигмарингене, который после долгих раздумий в мае 1870 года дал согласие.

Когда 1 июля эта новость стала известна, во французских официальных кругах поднялось сильное волнение, 4, 5 и 6 июля в парижских газетах появился ряд самых запальчивых и угрожающих статей по адресу Пруссии. 6 июля глава кабинета Олливье и министр иностранных дел герцог де Грамон, увлекшись воинственным настроением двора, выступили в парламенте с речью, в которой угрожали Пруссии войной в случае утверждения принца Гогенцоллернов на испанский престол. Напрасно испанские министры сделали всем дворам категорическое заявление, что с кандидатурой принца Гогенцоллерна король Вильгельм решительно ни при чем. В глазах Наполеона III и лиц, его окружавших, Пруссия зазналась. Путём победоносной франко-прусской войны ее нужно было проучить, еще раз покрыть славою французское оружие и тем самым еще больше укрепить во Франции империю. *

Узнав об этом принц Леопольд 12 июля отказался от испанского престола, и в тот же день в Париж пришла телеграмма из Мадрида, которая официально извещала Наполеона III об отказе принца Леопольда от испанского престола. Тем не менее, 13 июля французский посланник при прусском дворе Винсент Бенедетти по приказу французского министра иностранных дел де Грамона экстренно отправился в Бад-Эмс, где прусский король был на лечении. Посол потребовал, чтобы Вильгельм I, который не имел никакого отношения к делам прусской побочной линии, отправил французскому королю Наполеону III письмо с извинениями и официально его заверил, что и впредь никогда не поддержит принца Леопольда, если тот опять выставит свою кандидатуру.

Это требование было чрезвычайно вызывающим и нарушающим дипломатический этикет. Вильгельм I его вежливо, но решительно отклонил. Ссылаясь на отказ принца, король Пруссии сказал, что этим все дело прекращено; а относительно гарантий для будущего, заметил, что принц под его начальством не находится, и ручаться за него он не может. Не удовлетворившись этим ответом, министр иностранных дел Франции де Граммон тут же направил новое требование, по которому король Пруссии должен был дать письменное обещание «никогда не покушаться на достоинство Франции».*

В тот же день Винсент Бенедетти во второй раз попросил аудиенции у прусского короля, но Вильгельм I передал ему через своего адъютанта, что к сказанному ему больше нечего прибавить. На следующий день французский посол все-таки нашел случай подойти к королю Пруссии отъезжающем в Берлин на железнодорожном вокзале. Когда Бенедетти в третий раз обратился к Вильгельму I с теми же наглыми требованиями и при этом «был дерзок», король Пруссии оставил его стоять без ответа.

В тот же день, 13 июня, советник министерства иностранных дел Пруссии послал телеграмму канцлеру Отто фон Бисмарку в Берлин с изложением беседы между Вильгельмом I и французским посланником. Бисмарк текст телеграммы сократил, отредактировал и передал в печать, назвав его «Эмская депеша». Публикация вызвала во всей Германии большое ликование, а для Наполеона III и бонапартийской общественности эта история выглядела как дипломатическое поражение.

15 июля в Париже собрались сенат и законодательный корпус. Глава кабинета Олливье изложил ход переговоров с Пруссией, выразил «изумление» по поводу нежелания короля принимать Бенедетти, и заявил, что будут приняты неотлагательно меры для защиты Франции и ее чести. Французское правительство потребовало у законодательного корпуса кредит в 50 миллионов на «войну, которую навязывают Франции», а 19 июля 1870 г. Франция, которой никто не угрожал, официально объявила Пруссии войну. (2)

Войны хотели и французский двор, и министерство, и газетные и уличные патриоты, называвшие противников франко-прусской войны изменниками. Руководимые агентами известного сорта толпы народа ходили по улицам с возгласами: «В Берлин! в Берлин!».

Даже независимые публицисты писали, что пруссаков следует прогнать розгами за Рейн, выражая этим вековые стремления французских королей раздвинуть свое государство до Рейна, как «естественной границы» Франции. Во время Революция и войн Наполеона I Бонапарта это было достигнуто, но потом Франция лишилась приобретений конца XVIII и начала XIX в., сохранив, однако, Эльзас и Лотарингию. Наполеон III возобновил традицию французского движения к Рейну и не только строил планы, но даже вступал в переговоры относительно присоединения к Франции баварского Пфальца, гессенских владений на левом берегу Рейна и Люксембурга. *

Разгром Франции с началом Франко-прусской войны 1870-1871 гг. совершился необычайно быстро. После Седанской битвы, решившей исход Франко-прусской войны, Наполеон III уехал в коляске разыскивать прусского короля. На их свидании зашла речь о причинах франко-прусской войны, и пленный император оправдывался тем, что начать войну, которой сам он не хотел, его заставило общественное мнение Франции. «Но это общественное мнение, – возразил ему прусский король, – было создано министрами вашего же величества».*

Как относились иностранные современники к французскому объявлению войны, видно, например, из сообщения в лондонском Times, который так отозвался об этом: «Было совершено самое большое национальное преступление со времен Первой Французской империи, о котором мы с болью пишем в этих столбцах. Была объявлена война – война несправедливая, но преднамеренная. Это ужасное бедствие, которое привело Европу в смятение, это – что теперь совершенно ясно, работа Франции, работа одного человека во Франции. Это является результатом личной власти. Не может быть никаких сомнений в том, какая сторона выиграет симпатии мира. Какие бы шаги не предпринимала Пруссия в предыдущих случаях, на этот раз она будет иметь на своей стороне полную моральную поддержку, в которой редко отказывают тем, кто берется за оружие для самообороны». (3)

Когда немецкие войска несколько недель спустя осадили Париж, газета London Daily News писала: «Немцы имеют право поставить свои условия. Они хотели только жить в мире и не испытывать беспокойства и даже разделения своей территории завистливыми соседями. Франция постоянно вмешивается в германские дела».(4)

Позднее премьер-министр Франции Клемансо, который был ответственен за жесткие условия Версальского договора, осудил поведение французского монарха: «В 1870 году Наполеон III в момент безумия объявил войну Германии. Ни один хороший француз никогда не стеснялся признать, что в этот день на нашей стороне была несправедливость». (5)

Сегодня такая оценка прошлых событий многих не устраивает, российские авторы в один голос пишут, что Отто фон Бисмарк хотел войну и спровоцировал ее, задев самолюбие чувствительных французов своей публикацией «Эмской депеши».

Предварительный договор, окончивший франко-прусскую войну 1870-1871, состоялся в Версале 26 февраля. 1 марта 1871 он был принят национальным собранием (546 голосами против 107), а 10 мая окончательно подписан во Франкфурте-на-Майне. Условия мира, несмотря на односторонне спровоцированную войну, были очень умеренными: Франция обязывалась в течение нескольких лет выплатить Германии контрибуцию в размере 5 млрд. франков. После 200- летнего французского господства (со времени заключения Вестфальского мирного договора) значительная часть Лотарингии и почти весь Эльзас с полуторамиллионным населением, на две трети немецким, в 1871 году были снова возвращены Германии.

В мирном договоре для возвращенных немцам «Эльзаса-Лотарингии» стояло: «Ни один житель отошедших Германии областей не будет преследоваться, не будет потревожен или арестован из-за своих политических или военных действий во время войны, что касается его персоны или его имущества». Французских военнопленных Германия освободила немедленно, а их было в этот момент более 400 тысяч человек. Не ставнить с тем, как поступили союзники-победители с пленными и гражданскими немцами после 1945-го года в оккупированной Германии.

-----------------------------

1. Freda UTLEY, Kostspielige Rache, H. H. Nölke, Hamburg 1951, S. 14; Nachdruck in: Verlag für ganzheitliche Forschung und Kultur, Viöl 1993.

2. AUSFÜHRLICHE DARSTELLUNG U. A. IN: HELLMUT Diwald, GESCHICHTE DER DEUTSCHEN, PROPYLÄ- EN, FRANKFURT/M.-BERLIN-WIEN 1978, S. 328 FF.; EMIL Franzel, GESCHICHTE DES DEUTSCHEN VOLKES, ADAM KRAFT, MÜNCHEN 1974, S. 665-669.

3. Zit. in : Gustav STOLPER, Die deutsche Wirklichkeit, 1948, S. 218; ebenso in: UTLEY aaO. (Anm. 1) S. 14.

4. Zit. in: Emil MAIER-DORN, ZU V. Weizsäckers Ansprache vom 8. Mai 1985, J. Reiss, Großaitingen 41985, S. 24.

5. Josef A. KOFLER, Die falsche Rolle mit Deutschland, J. Kofler, Stadtbergen 2004, S. 10.

Источник: DER GROSSE WENDIG. Richtigstellungen zur Zeitgeschichte herausgegeben von Rolf Kosiek und Olaf Rose GRABERT-TÜBINGEN. S. 51-52

* Дополнения к оригинальному тексту: Франко-прусская война 1870-1871.; Причины франко-прусской войны. http://rushist.com/index.php/west/

Перевод и дополнения С. Панкратц

5.09.2017